Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

2 страниц V  < 1 2  
Ответить в данную темуНачать новую тему
> Интересные статьи и публикации, отрывки из книг по Буддизму
НАРАЙАНА
сообщение 12.8.2018, 10:40
Сообщение #21


форум живет мною
Иконка группы
ник | цитата

Группа: Форумчанин
Сообщений: 20614
Регистрация: 3.4.2007
Из: Odessa
Пользователь #: 3553
Благодарили 42526 раз




Репутация:   5256  


"В диковинной стране Фусан не было войн, и поэтому города не имели крепостных стен. Не знали в ней и оружия, но преступность все-таки существовала, и для злоумышленников имелось две тюрьмы: одна на юге страны, а другая на севере. О буддизме в стране Фусан ранее не слыхивали, поэтому Хуэйшань и его спутники выступили в роли проповедников. Приобщение к идеям буддизма благоприятно подействовало на грубые обычаи жителей этой страны. Хуэйшань также рассказывал о находящемся в тысяче ли к востоку от Фусана государстве Женщин. Его жители имели довольно светлую кожу и были весьма опрятны и чистоплотны. Волосы они носили очень длинные, порой до земли. Основной пищей им служили соленые листья растений, которые имели очень приятный запах и напоминали некоторые китайские травы." Источник: http://paranormal-news.ru/news/zapisi_budd...2012-11-10-5631
http://paranormal-news.ru/news/zapisi_budd...2012-11-10-5631


--------------------
Нет ни творения, ни разрушения,
Ни судьбы, ни свободы воли,
Ни пути, ни достижения.
Это окончательная истина.
Шри Рамана Махарши


Спасибо сказали:
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Бэд Лама
сообщение 8.2.2020, 20:52
Сообщение #22


alifie my larder
Иконка группы
ник | цитата

Группа: Форумчанин
Сообщений: 11469
Регистрация: 11.9.2009
Пользователь #: 5534
Благодарили 29037 раз




Репутация:   1889  




Тысячерукий бодхисаттва Каннон. Храм Фудзин-дэра (Осака), середина VIII в. Национальное сокровище Японии




Шесть обличий бодхисатвы Каннон. Храм Дайхоондзи (Киото), начало XIII в.
Слева направо: Святой мудрец, Тысячерукий, Каннон с головой коня, Одиннадцатиликий, Дзюнтэй, Каннон с жемчужиной




Тысячерукий Каннон. XIV в.


Бодхисаттва Каннон в японских храмах


Изваяния Авалокитешвары, доставляемые в древнее государство Ямато из стран Корейского полуострова, как и копии “Лотосовой сутры” и “сутр о Чистой земле”, упоминаются в летописи “Анналы Японии” (“Нихонсёки”, 720) в сообщениях о событиях VII века. Точную дату первого знакомства японцев с этим бодхисаттвой назвать невозможно; вероятно, почитание Внимающего Звукам было известно тем переселенцам с материка, которые составляли наиболее раннюю в Японии общину буддистов. В дальнейшем и вплоть до XIII века ни одно историческое сочинение не обходится без упоминаний храмов, где почитают бодхисаттву Каннон. События, связанные с этими храмами, отмечаются в дневниках придворных, их описывают повести моногатари и другие мирские сочинения. Особенно знамениты чудесами Каннон в Японии XI–XII веков были такие храмы, как Киёмидзу в окрестностях Киото (см.: [11]), Хасэ близ города Нара и Исияма у берега озера Бива.

Бытование различных обрядов, в том числе и обращенных ко Внимающему Звукам, обсуждается в собраниях поучительных рассказов сэцува и храмовых преданиях энги. В первом японском сборнике сэцува, “Японских легендах о чудесах” (“Нихонрё:ики”, рубеж VIII–IX веков.) Каннон появляется в нескольких рассказах [6]. В них ряд живописцев рисуют портреты одного и того же праведного монаха, но в итоге на всех картинах оказывается изображение Каннон (рассказ I–20); бодхисаттва является в образе цапли, чтобы указать на свое изваяние, затонувшее в пруду (рассказ II–17); помогает беднякам, отдавая им храмовую казну (рассказ II–42); в сборнике есть похожие истории и о других буддах, бодхисаттвах и божествах. Но особенно интересен рассказ III–38, где составитель сборника, монах Кёкай, пересказывает свой сон. Ему снилось, как к нему за подаянием пришел его знакомый — послушник по имени Кёнити — и принес доску с отметками: насколько подрастают люди, когда творят “высшее добро” и “низшее добро”. Кёкай сравнил эти мерки со своим ростом и преисполнился раскаяния, а затем отдал послушнику рис из своего запаса. Кёнити в ответ дал ему переписать свиток с выборкой отрывков из сутр, а когда Кёкай признался, что бумаги у него нет, оделил его также исписанной бумагой, годной, чтобы писать на обороте. Кёнити сказал: “Пиши здесь. А я пойду просить милостыню в другое место и вернусь потом”. Кёкай после его ухода спросил, почему этот человек теперь просит милостыню, хотя обычно он этим не занимался. Кто-то ответил: “У него много детей. Ему нечем кормить их”.

Далее Кёкай толкует свое сновидение (перевод А.Н. Мещерякова):
Послушник был воплощением Каннон. Ведь то был послушник, не прошедший посвящения. Так же и Каннон. Достигнув просветления, она остается в мире причин, чтобы спасать всех живущих. Просивший подаяние — одно из тридцати трех воплощений Каннон, о которых говорится в главе “Фумон” [в “Лотосовой сутре”]. [...]. “Подать нищему милостыню белым рисом” означает совершение молитв, ваяние статуй будд, переписывание сутр Махаяны и делание добра [...] “Нищий с молитвой принял его” означает, что Каннон приняла молитву. “Дать свиток” означает увеличить мудрость подвижников и дать им новых семян. “Достать использованную бумагу” означает, что хорошие семена мудрости, спрятанные и сокрытые в течение долгого времени, будут обретены в будущем [...] “Пойду просить милостыню в другое место” — безграничное сострадание Каннон распространится в мире Закона и спасет все живые существа. “Вернусь потом” — Кёкай обретет счастье и мудрость по окончании молитв. “Обычно этот послушник не нищенствует” означает, что Кёкай не почувствует ничего до тех пор, пока не совершит молитву. “Отчего же он стал просить подаяние?” означает, что ему в конце концов будет даровано счастье за его теперешние молитвы. “У него много детей” означает, что есть много таких, кто нуждается в поучении. “Ему нечем кормить их” означает, что не имеющие семян не могут достичь просветления Будды. “Вот он и просит подаяние” означает собирание семян в мире людей и в мире небес.
Отметим, что здесь слова послушника относятся то к самому Кёкаю, то к бодхисаттве в образе конкретного человека (Кёнити), так что эти трое во сне отождествляются. Такое отождествление человека с бодхисаттвой можно проследить и в других текстах о чудесах Внимающего Звукам в Японии... (Трубникова Н.Н. 2017)


--------------------
Нитай-Гоур Премананде!
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
Бэд Лама
сообщение 9.2.2020, 13:55
Сообщение #23


alifie my larder
Иконка группы
ник | цитата

Группа: Форумчанин
Сообщений: 11469
Регистрация: 11.9.2009
Пользователь #: 5534
Благодарили 29037 раз




Репутация:   1889  


Есть ещё несколько характерных примеров в статье, которые демонстрируют такие качества бодхисаттвы Авалокитешвары, как сострадание, предусмотрительность, проницательность, хитроумие и трансцендентное лукавство.


В японской словесности есть истории, где участие бодхисаттвы в делах людей оказывается выдуманным: герои сами выручают друг друга, но кто-то из них действует будто бы от имени Внимающего Звукам. Так, в “Повестях Среднего советника Цуцуми” (“Цуцуми-тю:нагон-моногатари”, XI век) кавалер тайно помогает даме выиграть состязание, “игру в раковины”, посредницей выступает девочка-служанка — и все делают вид, будто помощь исходит от Каннон как заступницы женщин и покровителя морского промысла; см.: [5, c. 264–268].

Рассказы о чудесах Внимающего Звукам есть почти во всех сборниках сэцува. В самом крупном из них, “Собрании стародавних повестей” (“Кондзяку моногатари-сю:”, начало XII века), Каннон посвящен целый раздел (16-й). Часто одни и те же истории в несколько разном изложении входят и в сборники сэцува, и в записи храмовых преданий, такие как “Предания храма Кокава с картинками” (“Кокава-дэра энги эмаки”, XII век), “Записи о чудесах Каннон в храме Хасэ” (“Хасэдэра Каннон гэнки”, рубеж XII–XIII веков, [13]) или более поздние “Предания храма Киёмидзу с картинками” (“Киёмидзу-дэра энги эмаки”,1517). Основная тема рассказов — различные “уловки”, которыми бодхисаттва помогает людям в земной жизни и ведет их к освобождению.

Приведу лишь несколько примеров. В “Собрании стародавних повестей” (рассказ 16–28) и позже в “Рассказах, собранных в Удзи” (“Удзи сю:и-моногатари”, XIII век, см.: [3], рассказ 96) бедный юноша из воинской семьи молится в храме Хасэ, и Каннон в ответ дарит ему всего одну травинку. Дальше сюжет разворачивается по схеме, известной из сказок многих народов: бедняку удается сменять малое достояние на большее, потом на еще большее, и так он становится богат. В рассказе о бедном воине герой всякий раз помогает кому-нибудь, оттого и растет его богатство; можно сказать, что Каннон ведет его от одного приключения к другому, но и сам он действует как человек великодушный и изобретательный, а если и обманывает встречных, то этот обман можно счесть своего рода “уловкой”. Из травинки бедняк соорудил хитрую ловушку для насекомых; она понравилась встречному мальчику, и тот обменял ее на три мандарина. На этот час мандарины — все, что есть у бедняка, однако он отдает их женщине-паломнице, обессилевшей в пути от жары и жажды, и женщина за это оделяет его тканью. Герой идет дальше и видит, как на дороге у важного господина внезапно пал конь. Господин садится на лошадь своего слуги и скачет дальше, а слуге велит остаться и убрать останки коня. Хотя бедняк догадывается, что конь вскоре оживет, но говорит этому слуге, что сделает за него грязную работу, да ещё даст в придачу сверток ткани; слуга охотно соглашается. И наконец, дойдя до окрестностей столицы, юноша уступает коня человеку, который собрался уезжать в дальние края, и за это получает внаем дом и небольшое поле. Он начинает разводить рисовую рассаду, и те крестьяне, кто покупает еe, получают больший урожай, чем все соседи, так что хозяйство героя процветает.

Другая история в “Записях о чудесах Каннон в храме Хасэ” относится к храму Хасэ, а в “Собрании песка и камней” (“Ся-сэкисю:”, вторая половина XIII века, см.: [8], рассказ II–4) и в “Преданиях храма Киёмидзу с картинками” — к Киёмидзу. Здесь бодхисаттве молится одинокая обедневшая столичная дама, и Каннон, явившись ей во сне в образе монаха, дает странный совет: украсть верхнее платье у женщины, молящейся рядом с нею. Дама удивлена, но хватает платье, висящее на ширме, убегает из храма — и по дороге встречает воина. Он предлагает даме стать его женой и уехать вместе с ним в имение; дама соглашается, но не признается, что у нее не осталось никого из родни (ведь воин не просто пленился ее красотой, но и надеется с помощью жены когда-нибудь завязать полезные знакомства в столице). Несколько лет спустя воин со всей семьей снова приезжает в столицу. Его жена, выбрав наугад один из домов, небогатых, но старинных, обещает тамошней хозяйке немалые деньги и просит: скажи моему мужу, что ты моя тетка! Та соглашается, принимает воинскую семью у себя, а потом женщины беседуют наедине и выясняют, что именно у этой мнимой тетушки героиня в свое время украла платье. Две женщины вместе молятся бодхисаттве Каннон, а позже заботятся друг о друге, как настоящие родственницы. Здесь и обман, и воровство оказываются “уловками”, идут на благо всем героям, хотя вообще такие поступки в буддийском учении осуждаются.

В этих рассказах можно проследить связь между двумя толкованиями действий бодхисаттвы: Каннон помогает людям как милосердный спаситель и в то же время как наставник учит их, наглядно показывает, что многие привычные им понятия относительны (что хорошо, что дурно, что ценно, что бесполезно и т.д.). Отметим, что сюжеты подобных историй не просто с легкостью переносятся из одного храма в другой и из одной эпохи в другую: их можно рассказывать, даже вовсе не упоминая участие бодхисаттвы, цепочка счастливых совпадений от этого не распадется. В “Собрании песка и камней” в том же рассказе II–4 повествователь приводит случай из жизни человека, которого знал лично: этот знатный воин XIII века в пору мятежа выбрал сторону, которая в итоге проиграла, был тяжело ранен, пытался покончить с собой, но не успел, его судили и собирались казнить, но один из старых друзей вымолил ему пощаду, и позже воин больше не вмешивался в государственные дела, а поселился в имении и стал покровителем местного храма — того самого, в котором было составлено “Собрание...”. В рассказе воину несколько раз является Каннон, ободряя его словами: “Ты не умрешь”; можно считать это действительным чудом, но можно объяснить подобный опыт и просто верой человека в чудеса. В рассказах VI–8 и Xа–9 описывается принятое в нескольких японских храмах танцевальное обрядовое действо “Встреча будды Амиды”, в котором кто-то из прихожан играет роль Каннон, а само действо может выглядеть и возвышенным, и смешным.


--------------------
Нитай-Гоур Премананде!
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение

2 страниц V  < 1 2
Ответить в данную темуНачать новую тему
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 



Текстовая версия | www.hari-katha.org | Библиотека Вайшнавизма | Сейчас: 26.9.2020, 01:59
© 1999-2020 Hari-katha.org All rights reserved.
Дата рождения проекта: 15.03.1999г.